Карточка дела С-10/24

Бездействие ЕЭК, по мнению Истца, фактически выразилось в уклонении от реализации полномочий по мониторингу и контролю применения права ЕАЭС, а именно пункта 9 статьи 39 и подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС и непринятии акта, направленного на обеспечение единообразного применения методов определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Истец указал, что критерии включения дивидендов в таможенную стоимость товаров как части дохода (выручки) являются размытыми, а сложившаяся правоприменительная практика нарушает права и законные интересы хозяйствующего субъекта в связи с неопределенностью применения норм ТК ЕАЭС государственными органами государства-члена Союза.
Оценивая довод Истца о бездействии ЕЭК, выразившемся в непринятии акта, Коллегия Суда указала, что при обращении в ЕЭК Истцом не представлены примеры неединообразной практики применения норм ТК ЕАЭС о невключении в таможенную стоимость дивидендов или неправомерном включении дивидендов в таможенную стоимость товаров в государствах-членах.

Коллегия Суда отметила, что по общему правилу, дивиденды не включаются в таможенную стоимость товаров, однако право Союза не исключает возможность включения в таможенную стоимость части выручки от реализованных товаров, причитающейся продавцу, в случае, когда она облечена в форму дивидендов, но по сути таковой не является.
Давая оценку доводу Истца о бездействии ЕЭК в виде уклонения от осуществления мониторинга права Союза, Коллегия Суда указала, что поводом для осуществления мониторинга права Союза могут служить достаточные и объективно обоснованные данные, свидетельствующие об отсутствии единообразной практики применения права Союза в государствах-членах или о несоблюдении государством-членом права Союза. Такие данные Истцом при обращении в ЕЭК не представлены.

Решением от 23 декабря 2024 года Коллегия Суда отказала Истцу в удовлетворении требований.

Не согласившись с решением Коллегии Суда, Истец обратился с жалобой в Апелляционную палату Суда. 12 февраля 2025 года Апелляционная палата Суда оставила решение Коллегии Суда без изменения, а жалобу Истца без удовлетворения.

Оценивая обоснованность доводов жалобы, Апелляционная палата Суда согласилась с выводом Коллегии Суда о том, что для оспаривания бездействия, выраженного в уклонении от осуществления мониторинга права Союза, Истцу следовало представить данные, свидетельствующие о наличии неединообразной практики применения права Союза в государствах-членах или о несоблюдении права Союза в этой части государством-членом.
При этом Апелляционная палата Суда не согласилась с выводом Коллегии Суда о том, что осуществление мониторинга и контроля права Союза является обязательным при реализации ЕЭК полномочий по принятию актов, направленных на обеспечение единообразного применения положений главы 5 ТК ЕАЭС в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Соответственно, рассматривая бездействие ЕЭК по непринятию акта, Апелляционная палата Суда отметила, что ЕЭК уполномочена на принятие акта согласно пункту 17 статьи 38 ТК ЕАЭС при наличии неединообразия применения положений главы 5 ТК ЕАЭС либо правовой неопределенности отдельных норм, составляющих данную главу.

В связи с непредставлением Истцом данных о наличии указанных обстоятельств, Апелляционная палата подержала вывод Коллегии Суда о том, что бездействие Комиссии, выразившееся в непринятии акта в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС, соответствует праву Союза.

2. Дивиденды не включаются в таможенную стоимость товара. Для целей определения действительной таможенной стоимости товаров право Союза не исключает возможность включения в таможенную стоимость части выручки от реализованных товаров, причитающейся продавцу, в случае, когда она облечена в форму дивидендов (поименована в качестве дивидендов), но по сути таковой не является, если фактически данные
платежи обеспечивают получение продавцом части причитающегося ему дохода (выручки) от продажи ввезённых товаров и выполняют эту функцию в отношениях между сторонами внешнеторгового контракта.

(см. абзац 5 подпункта 5.3.3. пункта 5.3, абзац 5 подпункта 5.3.5 пункта 5.3 решения Коллегии Суда)

3. Из анализа пункта 17 статьи 38 ТК ЕАЭС следует, что ЕЭК уполномочена на принятие соответствующего акта либо (1) при наличии неединообразия применения положений главы 5 ТК ЕАЭС, либо (2) при наличии правовой неопределенности отдельных норм, составляющих данную главу. 

(см. абзац 2 пункта 25 решения Апелляционной палаты Суда) 

4. Применение метода 1 для определения таможенной стоимости товара при его продаже взаимосвязанными лицами допускается ТК ЕАЭС при соблюдении двух кумулятивных условий: таможенным органом в соответствии с пунктами 5-8 статьи 39 ТК ЕАЭС на основе представленных декларантом сведений и документов, относящихся к обстоятельствам продажи, установлено, что взаимосвязь между продавцом и покупателем не влияет на стоимость сделки; и к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, могут быть произведены дополнительные начисления. 

(см. пункт 28 решения Апелляционной палаты Суда)

5. Поскольку при применении метода 1 стоимость сделки в обязательном порядке включает не только цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары, но и предусмотренные пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС дополнительные начисления в виде части дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу, соответствующая часть дохода субъекта рынка, для целей корректного исчисления таможенной стоимости товаров и выполнения им обязанности по уплате таможенных платежей, также подлежит добросовестному учёту и документированию субъектом рынка (импортёром) при осуществлении им его финансово-хозяйственной деятельности.

(см. абзац 3 пункта 29 решения Апелляционной палаты Суда)

6. Часть дохода (выручки), в отношении которой субъект рынка должен выполнить свою публично-правовую обязанность по её включению в таможенную стоимость для целей уплаты таможенных платежей, не является «чистой прибылью» субъекта рынка, применительно к которой он вправе самостоятельно, в своём интересе принимать решения о её распределении в целях выплаты дивидендов.

Положения статей 39 и 40 ТК ЕАЭС для целей применения предусмотренных им мер таможенно-тарифного регулирования чётко разграничивают две категории активов: - платежи, связанные с ввозимыми товарами и включаемые в таможенную стоимость в соответствии с пунктом 3 статьи 39 (общая сумма всех платежей за ввезённые или ввозимые товары, осуществлённые или подлежащие осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца – прямо или косвенно в любой форме, не запрещённой законодательством государств-членов); - платежи, не связанные с ввозимыми товарами и, соответственно, не включаемые в таможенную стоимость, в их числе, дивиденды.

(см. абзацы 1 и 2 пункта 30 решения Апелляционной палаты Суда) 

7. Непринятие субъектом рынка надлежащих мер по учёту и документированию части дохода (выручки), полученного им в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, который прямо или косвенно причитается продавцу, и включения им указанной части выручки в активы, распределяемые субъектом рынка в виде дивидендов, приводит к недопустимому смешению двух видов активов, имеющих различный правовой статус и создаёт препятствия для применения таможенными органами и субъектами рынка нормы пункта 9 статьи 39 ТК ЕАЭС, разграничивающей платежи, связанные и не связанные с ввозимыми товарами. 

(см. абзац 1 пункта 31 решения Апелляционной палаты Суда)