Карточка дела С-8/24

Решением № 94 направление ИП Курко Е.А. в адрес хозяйствующих субъектов необоснованных претензий о прекращении незаконного использования принадлежащего ИП Курко Е.А. товарного знака и выплате компенсаций за нарушение исключительных прав на товарный знак признано распространением искаженных сведений о незаконности действий ООО «ТехноХимРеагентБел» по реализации товара с товарным знаком со словесным обозначением «PuroTech», которые могли причинить ущерб указанному хозяйствующему субъекту либо нанести вред его деловой репутации, что является нарушением общих правил конкуренции на трансграничных рынках Республики Беларусь и Российской Федерации, запрет на совершение которого установлен подпунктом 1 пункта 2 статьи 76 Договора о Союзе.

Решением Коллегии Суда от 23 декабря 2024 года в удовлетворении требования ИП Курко Е.А. отказано. 

Не согласившись с решением Коллегии Суда, ИП Курко Е.А. обратился с жалобой в Апелляционную палату Суда.

Решением Апелляционной палаты Суда от 17 марта 2025 года решение Коллегии Суда от 23 декабря 2024 года отменено с вынесением по делу нового решения об удовлетворении требования истца.

Апелляционная палата отметила, что применительно к настоящему делу содержание претензии, направляемой стороне спорного правоотношения, не может быть принято в качестве доказательства распространения искаженных сведений о действиях этой стороны, которые могли причинить ей ущерб либо нанести вред ее деловой репутации, поскольку такая претензия является документом, подтверждающим соблюдение обязательного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного национальным законодательством государства-члена. После истечения срока рассмотрения направленных им претензий
ИП Курко Е.А. обратился в суд с иском по тому же предмету и по тем же основаниям к тем же хозяйствующим субъектам, судом иск рассмотрен с вынесением решения по делу.

По мнению Апелляционной палаты, установление факта направления истцом претензий в рамках соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора и в целях реализации в последующем права на судебную защиту при отсутствии достоверных доказательств направленности этих действий хозяйствующего субъекта на получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности, на причинение ущерба конкуренту или вреда его деловой репутации не является достаточным основанием для вывода о наличии признаков нарушения, запрет на совершение которого предусмотрен подпунктом 1 пункта 2 статьи 76 Договора.

К решению Апелляционной палаты Суда приложено особое мнение судьи Дронова А.А. 

2. Учитывая, что статьёй 3 Договора соблюдение добросовестной конкуренции отнесено к числу основных принципов функционирования Союза, а запрет недобросовестной конкуренции установлен статьёй 76 Договора, следует обеспечить баланс между реализацией соответствующего права как общего принципа права Союза и обеспечением защиты конкуренции. Применение данного подхода означает требование о реализации Комиссией полномочий по привлечению к ответственности за нарушение правил конкуренции на трансграничном рынке без ущерба для основных прав человека, в том числе права на судебную защиту.


(см. абзацы 1, 2 пункта 36 решения Апелляционной палаты Суда).